Шестая отсрочка: Минфин США продлил дедлайн по сделке с активами «Лукойла» на $22 млрд

28 мая 2026 года Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) Минфина США в очередной раз продлило действие критически важной лицензии на месяц, передвинув крайний срок для переговоров о продаже зарубежных активов российской нефтяной компании «Лукойл» на 27 июня 2026 года . Это уже шестая подобная отсрочка с момента введения санкций, что красноречиво свидетельствует о том, насколько сложнее оказалась принудительная продажа активов, оцениваемых в $22 млрд, чем предполагалось изначально . Действующая лицензия, известная как Генеральная лицензия 131F, позволяет потенциальным покупателям вести переговоры, заключать условные соглашения и проводить комплексную проверку (due diligence), однако окончательное закрытие сделки по-прежнему требует отдельного разрешения OFAC .

Санкции как стратегическое оружие

Отсчет времени начался 22 октября 2025 года, когда OFAC включило «Лукойл», второго по величине производителя нефти в России, в санкционный список, чтобы «усилить давление на энергетический сектор России и подорвать способность Москвы извлекать доходы для финансирования своей военной машины» . Этот шаг стал частью более широкой стратегии администрации Трампа по использованию экономических санкций для принуждения Кремля к мирному урегулированию конфликта в Украине. Финансовый удар оказался сокрушительным: в 2025 году «Лукойл» отчитался о чистых убытках в размере 1,06 трлн рублей (около $12,5 млрд), в основном из-за списания международных инвестиций на сумму 1,7 трлн рублей ($20,2 млрд) .

Портфель на $22 миллиарда: что поставлено на карту

Речь идет об активах, консолидированных в «дочке» Lukoil International GmbH и представляющих собой обширный мультиконтинентальный портфель стоимостью около $22 млрд, охватывающий более 30 стран . Главная жемчужина — 75-процентная контрольная доля в гигантском иракском месторождении «Западная Курна – 2», но в портфель также входят: нефтеперерабатывающие заводы, апстрим-проекты в Египте, Азербайджане и Узбекистане, а также сеть из 321 автозаправочной станции в Румынии . По сути, принудительная продажа перечеркивает десятилетия международной экспансии «Лукойла».

Условное соглашение с Carlyle Group

Потенциальный путь к развязке наметился 29 января 2026 года, когда «Лукойл» подписал предварительное соглашение с гигантом прямых инвестиций из США Carlyle Group о приобретении Lukoil International GmbH . Объявленная сделка значима, но обставлена серьезными оговорками:

• Казахстан за скобками: Активы в Казахстане явным образом исключены из продажи и останутся в собственности «Лукойла» .
• Неэксклюзивность: Соглашение не является эксклюзивным. «Лукойл» заявил, что продолжает параллельные переговоры с другими потенциальными покупателями .
• Цена не раскрыта: Ни «Лукойл», ни Carlyle Group публично не объявили стоимость сделки, что является критически важным моментом .
• Регуляторный барьер: Вся сделка зависит от получения необходимых разрешений от регулирующих органов, и в первую очередь — от OFAC .

Заблокированная заявка Gunvor и другие претенденты

Соглашение с Carlyle было не первой попыткой. В конце 2025 года швейцарский сырьевой трейдер Gunvor Group сделал первоначальную заявку на $22 млрд . Однако Минфин США предпринял беспрецедентный шаг, публично осудив фирму, назвав ее в социальных сетях «марионеткой Кремля» и заявив, что «никогда» не выдаст лицензию, позволяющую Gunvor управлять этими активами . Gunvor, в свою очередь, назвав эти комментарии «в корне ошибочными», отозвал свое предложение в ноябре 2025 года .

В отчетах также упоминался интерес со стороны других структур, включая консорциум с участием Chevron и Quantum Capital Group . Однако детали статуса этих альтернативных заявок не удалось независимо подтвердить из имеющихся источников.

Игра в ожидание одобрения OFAC

Практика регулярных одномесячных продлений, зафиксированная в череде генеральных лицензий (от GL 131A до нынешней 131F), раскрывает продуманную стратегию американского Минфина . Лицензии разрешают широкий спектр предсделочных действий — от переговоров и привлечения внешних юристов до юридической проверки активов, — но явно не разрешают финальную продажу . Это создает контролируемый процесс, при котором США сохраняют максимальные рычаги влияния на переговорах. Принудительная продажа здесь — инструмент, позволяющий отрезать Кремль от связанных с Западом потоков доходов. Судя по всему, Минфин не спешит с финальным закрытием сделки, используя эту неопределенность как часть более широкой кампании давления, призванной подтолкнуть Москву к завершению войны в Украине .