Система задумана как открытая для всех, но ее страховочный механизм концентрирует колоссальную власть. Вот как ставка превращается в окончательное решение:
«Оптимистичный» дизайн оракула предполагает, что честные участники спора будут выступать в роли противовеса недобросовестным предложениям. Но последняя инстанция — голосование DVM — это то, где сосредоточена реальная власть, и это чистая плутократия .
Анализ блокчейн-записей и прошлых голосований, проведенный Bloomberg, показал, что «толпа», решающая исход самых спорных ставок на Polymarket, на самом деле представляет собой крошечную группу. Среди более чем 6400 адресов-участников девять кошельков-«китов» контролировали около половины всей силы голоса и вставали на сторону победившего исхода почти во всех спорах .
Некоторые кошельки обладают таким влиянием, что их голоса могут единолично решить исход дела. В нескольких задокументированных инцидентах один избиратель или скоординированная группа, развернувшая миллионы токенов UMA — иногда это составляло 25% и более от общей силы голоса в раунде, — смогли перевернуть исход рынка прямо перед финализацией .
Анонимность этих кошельков усугубляет проблему. В отличие от Kalshi, которая разрешает споры собственными силами с четкой подотчетностью, Polymarket передает финальные полномочия нерегулируемой, псевдонимной коллегии . Пользовательское соглашение Polymarket прямо указывает, что платформа «не несет ответственности за разрешение споров, связанных с торговыми контрактами»
.
Что делает эту структуру по-настоящему опасной, так это расхождение стимулов. Избиратели часто держат позиции на тех самых рынках, которые они судят. Более 60% активных избирателей UMA связаны с торговыми счетами на Polymarket . Избиратель со ставкой на конкретный исход или с позицией на обеих сторонах рынка может проголосовать, чтобы направить результат в свою финансовую пользу — по сути, выступая одновременно и судьей, и материально заинтересованной стороной.
Последствия были конкретными и дорогостоящими. Спорные решения UMA в 2025 году повлияли на рыночную стоимость более чем в $30 миллионов на рынках, связанных со сделкой по полезным ископаемым с Украиной, аудитом золотого запаса Форт-Нокс и рассекречиванием данных об НЛО . Спор о прекращении огня в Иране привлек еще более пристальное внимание не только из-за объема более $280 млн, но и из-за подозрительных торговых паттернов, которые спровоцировали расследования в Конгрессе США
.
Осознание проблемы не ново. UMA представила обновление «MOOV2», которое ограничило право голоса всего 37 адресами, в попытке повысить подотчетность. Но обновление не решило коренную проблему концентрации — оно просто формально закрепило чуть более широкую олигархию . Более масштабная реформа самого процесса голосования на Polymarket была отложена
.
Более глубокая проблема носит структурный характер. «Оптимистичный оракул» предполагает, что участники спора будут действовать как защитный фильтр, но когда «киты» контролируют финальное голосование DVM, этот противовес становится функционально бесполезным . Как гласит один анализ: «децентрализация по названию не означает децентрализацию на практике»
. До тех пор, пока сам механизм голосования не будет фундаментально перестроен — или пока Polymarket не перенесет функции оракула внутрь платформы, что сейчас обсуждается через предложение токена POLY, — крупнейший в мире рынок предсказаний будет продолжать полагаться на систему арбитража правды, контролируемую горсткой анонимных кошельков
.
Comments
0 comments