В верхней части «K» находятся Китай, Европа и ряд развивающихся рынков. В нижней — США.
Китай остаётся крупнейшим и наиболее динамичным рынком электромобилей. В 2025 году там было продано около 12,9 млн EV, что составляет значительную долю мировых продаж и означает рост примерно на 17% по сравнению с предыдущим годом.
Такому росту способствуют несколько структурных факторов:
Китайские автокомпании благодаря масштабам производства всё активнее экспортируют недорогие электромобили. Эти модели особенно привлекательны для рынков, где покупатели чувствительны к цене.
Европа также находится на растущей ветке «K». В последние годы регион демонстрирует более быстрый рост рынка EV, чем Северная Америка. В некоторых периодах 2025 года продажи электромобилей здесь увеличивались примерно на 32% год к году.
Рост поддерживается сразу несколькими факторами:
Для компаний, продающих автомобили в Европе, переход на электромобили становится не столько выбором, сколько регуляторной необходимостью.
Следующая фаза глобального роста EV всё чаще происходит за пределами традиционных автомобильных центров.
Регионы Латинской Америки, Юго‑Восточной Азии и другие развивающиеся рынки демонстрируют очень быстрые темпы роста. Например, в Латинской Америке продажи электромобилей в один из последних лет выросли примерно на 75%.
Главная причина — доступные китайские модели. Китайские бренды часто предлагают электромобили дешевле западных производителей, что даёт им серьёзное преимущество на рынках, где цена играет решающую роль.
В результате некоторые страны фактически перепрыгивают стадию массовых бензиновых автомобилей и быстрее переходят к электромобилям.
На фоне ускорения глобального рынка США выглядят значительно более осторожным участником перехода на EV.
Доля электромобилей в продажах новых автомобилей в стране держится примерно на уровне 10% и практически не растёт последние годы.
Причин несколько:
Одним из ключевых факторов стала отмена федерального налогового кредита для покупателей EV.
Программа предоставляла до 7 500 долларов при покупке электромобиля, но закончилась 30 сентября 2025 года, после того как Конгресс сократил срок её действия.
Этот стимул долгое время помогал сокращать разрыв в цене между электромобилями и бензиновыми машинами. После его отмены многие модели фактически подорожали для покупателей на тысячи долларов.
США также приняли меры, чтобы ограничить присутствие китайских электромобилей на внутреннем рынке.
Тарифы на импорт китайских EV были увеличены примерно до 100%, а дополнительные ограничения затрагивают программное обеспечение и технологии подключённых автомобилей из‑за соображений национальной безопасности.
Эти меры защищают американских автопроизводителей от дешёвой конкуренции, но одновременно ограничивают доступ к самым доступным электромобилям, которые ускоряют переход на EV во многих других странах.
В результате возникает сложный компромисс.
С одной стороны, протекционистские меры дают американским автокомпаниям время развить собственные платформы, батарейное производство и цепочки поставок.
С другой — отсутствие дешёвых моделей и снижение стимулов могут замедлить внутренний спрос, уменьшая давление конкуренции, которое обычно ускоряет инновации и снижает цены.
Пока это происходит, китайские производители расширяют присутствие в Европе, Латинской Америке и Азии, накапливая производственный масштаб и технологический опыт.
Если K‑образная динамика сохранится, последствия могут быть долгосрочными.
Для стартапов в сфере EV слабый внутренний спрос означает:
Для крупных автоконцернов замедление инвестиций в EV может временно поддерживать прибыль от бензиновых моделей — особенно пикапов и SUV. Но это создаёт риск отставания в ключевых направлениях:
Компании, которые раньше масштабируют производство электромобилей, могут получить структурное преимущество по стоимости, которое поздним игрокам будет сложно догнать.
Главный вывод: мировой переход на электромобили не замедляется — он расходится по траекториям.
Китай, Европа и многие развивающиеся рынки быстро наращивают продажи благодаря политической поддержке, доступным моделям и промышленным экосистемам. США же движутся более осторожно из‑за сочетания политических решений, торговых барьеров и рыночных факторов.
Именно это и формирует K‑образный рынок EV: мир продолжает электрифицироваться, но разные регионы поднимаются по кривой роста с совершенно разной скоростью.