Почему программа FCAS может сохраниться, даже если проект истребителя расколется

Главный конфликт: кто будет строить истребитель

Центром спора является именно NGF — пилотируемый истребитель шестого поколения, который должен стать ядром всей системы.

• Французская компания Dassault Aviation, создатель Rafale, формально возглавляет разработку самолёта.
• Airbus представляет промышленный интерес Германии и Испании.

Между компаниями возникли острые разногласия по поводу распределения инженерных полномочий, доступа к интеллектуальной собственности и долей в разработке. Глава Dassault Эрик Траппье предупреждал, что проект самолёта может оказаться фактически «мёртвым», если стороны не смогут договориться.

Правительства Франции и Германии пытаются выступать посредниками и даже установили крайние сроки для урегулирования конфликта, чтобы не допустить развала программы.

FCAS — это не просто новый самолёт

Хотя основное внимание приковано к истребителю, FCAS изначально задумывался как гораздо более широкая система. Европейские военные описывают его как «систему систем», объединяющую разные платформы и цифровую инфраструктуру.

Основные элементы проекта:

• Next‑Generation Fighter (NGF) — пилотируемый истребитель шестого поколения.
• Remote Carriers — беспилотные аппараты‑спутники, сопровождающие самолёт и выполняющие разведку, радиоэлектронную борьбу или ударные миссии.
• Combat Cloud — цифровая сеть, связывающая самолёты, дроны, сенсоры и командные центры в единую информационную систему.

Все вместе эти компоненты формируют так называемую Next Generation Weapon System (NGWS). В такой концепции боевые возможности распределяются между несколькими платформами, а не сосредоточены в одном самолёте.

Именно поэтому многие элементы FCAS могут развиваться даже при задержке или переработке проекта истребителя.

Почему «боевое облако» может стать главным элементом

Одним из наиболее революционных компонентов FCAS считается Combat Cloud — защищённая цифровая сеть, которая должна объединить сенсоры и платформы во всех средах: воздухе, на земле, на море, в космосе и в киберпространстве.

В практическом плане такая архитектура позволит:

• мгновенно обмениваться данными о целях между самолётами и беспилотниками;
• использовать сенсоры разных платформ для обнаружения угроз за пределами возможностей радара одного самолёта;
• координировать действия роя беспилотников.

Не менее важны и Remote Carriers — беспилотные аппараты‑«ведомые», которые смогут нести датчики, системы РЭБ или вооружение и тем самым снижать риск для пилотируемого самолёта.

Поскольку эти технологии во многом связаны с программным обеспечением, сетями и автономными системами, они менее зависимы от единого типа самолёта. Это делает их возможной основой для продолжения международного сотрудничества.

Как война в Украине изменила оборонную стратегию Европы

Полномасштабное вторжение России в Украину в 2022 году серьёзно изменило европейское восприятие угроз и оборонные планы.

Оборонные бюджеты резко выросли. По данным Европейского оборонного агентства, общие оборонные расходы стран ЕС достигли €343 млрд в 2024 году, что на 19% больше, чем годом ранее. Ожидается, что в 2025 году они могут приблизиться к €392 млрд.

Эта ситуация усилила аргументы в пользу FCAS:

• Европе необходима большая стратегическая автономия в обороне;
• современные войны требуют сетевых и многодоменных систем;
• НАТО‑союзники ускоряют модернизацию вооружённых сил на фоне растущих геополитических рисков.

Однако есть и обратная сторона: правительства вынуждены активно закупать немедленно доступные вооружения, что может конкурировать за финансирование с долгосрочными проектами вроде истребителя шестого поколения.

Возможен ли «двухистребительный» вариант

На фоне спора Airbus и Dassault аналитики всё чаще обсуждают сценарий двух разных истребителей внутри одной системы FCAS.

Теоретически это могло бы выглядеть так:

• Франция разрабатывает собственный самолёт, возможно оптимизированный для использования на авианосцах.
• Германия и Испания через Airbus создают другой вариант истребителя.
• Оба самолёта работают в одной цифровой архитектуре FCAS, используя общие дроны, сети и вооружение.

Руководство Airbus уже заявляло, что готово рассмотреть подобную схему, если правительства сочтут её необходимой для сохранения программы.

Это стало бы серьёзным отходом от первоначальной идеи единого европейского истребителя, но позволило бы сохранить ключевые технологические элементы сотрудничества.

Вероятный сценарий: сначала архитектура, потом самолёт

Всё больше признаков того, что центр тяжести программы постепенно смещается от конкретного самолёта к общей цифровой архитектуре воздушной войны будущего.

Если правительства договорятся о единых стандартах, интерфейсах и сетях, страны смогут использовать разные самолёты, оставаясь частью общей европейской боевой экосистемы — объединённой Combat Cloud, беспилотниками, сенсорами и интегрированным вооружением.

Альтернатива — фрагментация: несколько национальных программ с несовместимыми технологиями и сетями.

Пока судьба самого истребителя NGF остаётся неопределённой. Но уже ясно, что будущая европейская авиация будет строиться вокруг сетевых, распределённых и совместных систем, даже если центральный самолёт этой системы ещё не определён.