Рост цен на нефть выше $100 запустил новую волну налогов на сверхприбыль энергетических компаний

Однако этот инструмент вызывает ожесточённые споры: сторонники считают его справедливым, а критики предупреждают о долгосрочных последствиях для энергетических инвестиций.

США: новый законопроект о налоге на сверхприбыль Big Oil

В США законодатели вновь внесли законопроект Big Oil Windfall Profits Tax Act.

Инициаторами выступили сенатор Шелдон Уайтхаус и конгрессмен Ро Ханна, которые заявили, что нефтяные компании получают выгоду от резкого роста цен, тогда как американские потребители сталкиваются с дорогим бензином.

Основные параметры предложения:

• налог для крупных компаний, добывающих или импортирующих не менее 300 000 баррелей нефти в сутки;
• ставка, равная 50% разницы между текущей ценой нефти и допандемийным ориентиром;
• доходы предполагается возвращать гражданам в виде компенсаций из‑за высоких цен на топливо.

Идея отражает более широкую экономическую концепцию: в периоды кризисов государство может временно перераспределять сверхприбыли крупных корпораций в пользу потребителей.

Бразилия: налог на экспорт нефти

Бразилия выбрала другой механизм — налог на экспорт сырой нефти, а не прямое налогообложение прибыли.

В марте 2026 года правительство ввело временный 12‑процентный налог на экспорт нефти, когда мировые цены превысили $100 за баррель.

Эта мера стала частью более широкого пакета поддержки:

• отменены федеральные налоги PIS и Cofins на дизельное топливо;
• введены субсидии для снижения стоимости топлива для потребителей.

По оценке Министерства финансов страны, при сохранении цен выше $100 дополнительная выручка бюджета может достигать около 8,5 млрд бразильских реалов (примерно $1,5 млрд) в месяц.

Европейский союз: предложение вернуть «солидарный взнос»

В Европе несколько стран предложили вернуться к механизму, который уже применялся во время энергетического кризиса после начала войны в Украине.

В апреле 2026 года Германия, Италия, Испания, Португалия и Австрия призвали Европейскую комиссию разработать новый общеевропейский налог на сверхприбыль энергетических компаний.

Идея опирается на прежний инструмент ЕС — «солидарный взнос» (solidarity contribution), временный налог, введённый в 2022 году для изъятия части сверхприбылей компаний из сектора ископаемого топлива.

По мнению министров этих стран, дополнительные доходы могли бы пойти на:

• снижение счетов за энергию для домохозяйств
• поддержку государственных бюджетов, испытывающих давление из‑за дорогой энергии

Тем не менее Европейская комиссия пока осторожно относится к созданию нового единого налога и склонна оставлять такие решения на уровне отдельных государств.

Австралия: обсуждение налога на экспорт газа

Дискуссия развернулась и в Австралии — одной из крупнейших стран‑экспортёров сжиженного природного газа.

В австралийском сенате обсуждались предложения о введении налога на экспорт газа, которые также мотивированы стремлением изъять часть сверхприбылей энергетических компаний во время скачка цен.

Структура такого налога пока находится на стадии обсуждения.

Почему аналитики предупреждают о рисках

Эксперты энергетического рынка отмечают, что всплески обсуждений подобных налогов повторяются почти каждый раз, когда цены на нефть резко растут.

Главные опасения связаны с долгосрочными последствиями:

• снижение стимулов для инвестиций в добычу нефти и газа;
• возможное сокращение будущего предложения энергии;
• рост регуляторной неопределённости для компаний.

Проблема в том, что новые месторождения требуют многолетних инвестиций до начала добычи. Если налоговая политика становится непредсказуемой, компании могут откладывать или сокращать проекты.

Повторяющийся цикл энергетической политики

Текущая ситуация хорошо вписывается в знакомый сценарий глобальной энергетической политики: геополитический кризис вызывает рост цен на нефть, после чего правительства пытаются изъять часть сверхприбыли производителей через временные налоги или экспортные сборы.

Станут ли эти меры долгосрочной политикой или останутся временной реакцией на кризис, во многом зависит от того, как долго нефть будет оставаться выше $100 за баррель и насколько сильно правительства будут стремиться балансировать между поддержкой потребителей и сохранением инвестиций в энергетику.