Иран запустил газ на «Южном Парсе»: что стоит за тактическим успехом на фоне войны

Что именно пострадало

18 марта 2026 года израильские силы нанесли удары по нефтехимическому узлу Асалуйе и объектам, связанным с «Южным Парсом», в провинции Бушер. Пострадали резервуары, газовые установки, нефтеперерабатывающие заводы и магистральные трубопроводы . В результате Иран временно лишился порядка 12% своей суммарной добычи природного газа — работа двух НПЗ была остановлена . Среди конкретных целей оказалась 14-я фаза завода по переработке газа «Южный Парс»: на одной из четырех технологических линий вспыхнул пожар, что привело к кратковременной остановке добычи в объеме около 12 миллионов кубометров в сутки . Отдельным ударом был затронут газоперерабатывающий комплекс «Фаджр Джам», но две поврежденные линии там полностью восстановили еще к январю 2026 года .

Принципиально важно: морские добывающие платформы не получили физических повреждений. Их остановили лишь потому, что береговые заводы, куда идет сырье, оказались выведены из строя .

Обходные схемы и состояние 14-й фазы

Иран перезапустил три морские платформы, перенаправив необработанный газ на другие перерабатывающие заводы в регионе, пока на поврежденных объектах, включая 14-ю фазу, продолжается ремонт . Генеральный директор компании Pars Oil and Gas Турадж Дехгани подтвердил факт перенаправления потоков и высоко оценил вклад иранских специалистов в восстановление .

История с 14-й фазой хорошо иллюстрирует неравномерность этого восстановления. Поврежденную линию — одну из четырех — починили и вернули в строй примерно за десять дней, к концу июня 2025 года . К началу июля 2025-го работали три из четырех линий на заводе мощностью 2 миллиарда кубических футов в сутки, но четвертая линия на 500 миллионов кубических футов в сутки так и оставалась отключенной . В мае 2026 года сообщалось, что три морские платформы возобновили добычу и сырье направляется на альтернативные заводы, однако прямого подтверждения полного восстановления четвертой линии по-прежнему нет . Имеющиеся данные указывают на то, что 14-я фаза работает ниже уровня, который был до ударов.

Прямым следствием потери береговых мощностей стало то, что после ударов 18 марта Иран прекратил поставки газа в Ирак .

Большая война и Ормузский кризис

Частичный перезапуск невозможно рассматривать в отрыве от более широкого конфликта. 28 февраля 2026 года США и Израиль начали операцию «Эпическая ярость», нанеся удары по ядерным, командным и энергетическим объектам Ирана, в ходе которых погиб верховный лидер Али Хаменеи . Тегеран ответил ракетными и беспилотными атаками на американские активы и энергетическую инфраструктуру стран Залива, включая катарский завод по сжижению газа в Рас-Лаффане, что вынудило QatarEnergy объявить форс-мажор по ряду контрактов на поставку СПГ .

Кроме того, Тегеран фактически перекрыл Ормузский пролив с помощью роев дронов Корпуса стражей исламской революции (КСИР), морских мин и объявленной бесполетной морской зоны. По оценкам, к середине марта из привычного транзита в 20 миллионов баррелей в сутки было выведено 80–90% . В мае 2026 года Иран институционализировал контроль, создав Управление Ормузского пролива Персидского залива для регулирования прохода судов; параллельно Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ искали сепаратные дипломатические каналы, чтобы сохранить хотя бы ограниченное движение танкеров .

Дипломатия буксует. Десятки стран (кроме США и Израиля) уже в начале апреля 2026 года пытались запустить переговорный процесс по открытию пролива, но комплексного прорыва достичь не удалось . Временное прекращение огня было согласовано 8 апреля, а к концу мая 2026 года, по сообщениям, американские и иранские переговорщики договорились возобновить судоходство в проливе и продлить перемирие на 60 дней в преддверии более широких мирных консультаций . Однако даже эти шаги оставляют энергетическую архитектуру региона глубоко расшатанной.

Что на самом деле означает это частичное восстановление

Майский перезапуск — это тактическая заплатка, а не стратегическое выздоровление. Общий объем газодобычи Ирана остается значительно ниже довоенного уровня, экспортный потенциал подорван, а архитектура транзита через Ормузский пролив фундаментально нарушена . Иранские официальные лица представляют возобновление добычи как триумф национальной технической экспертизы , однако реальность такова, что энергоснабжение Персидского залива остается в глубочайшей неопределенности — оно зависит от реального открытия пролива не меньше, чем от состояния поврежденных заводов на берегу.