Иными словами, нехватку энергии можно устранить — но только если найдутся инвесторы, готовые оплатить строительство электростанций, дата‑центров и сетей.
Шмидт приводит весьма жёсткие оценки стоимости будущей инфраструктуры искусственного интеллекта.
Один из ориентиров — примерно 50 млрд долларов за каждый гигаватт вычислительной мощности дата‑центров, используемых для ИИ.
Если экстраполировать эту цифру:
Причём речь идёт не только об электростанциях. Эти суммы включают весь физический «фундамент» современной ИИ‑индустрии:
В результате развитие ИИ всё больше напоминает не программный стартап, а масштабный индустриальный проект уровня национальной инфраструктуры.
Если для развития ИИ действительно нужны инвестиции в триллионы долларов, то круг потенциальных участников резко сужается.
По оценке Шмидта, наиболее подготовлены два игрока: Соединённые Штаты и Китай.
У США есть несколько серьёзных преимуществ:
Такое сочетание позволяет быстро мобилизовать гигантские частные инвестиции, при необходимости дополняя их государственной поддержкой.
Китай действует иначе, но с сопоставимой масштабностью. Там государственная промышленная политика позволяет централизованно координировать финансирование, строительство инфраструктуры и внедрение технологий.
Фактически это два разных подхода — рыночный и государственно‑координированный — но оба способны направлять огромные финансовые потоки в развитие ИИ.
На этом фоне Шмидт неоднократно предупреждал, что Европа может оказаться в более уязвимом положении.
По его словам, у континента нет единой стратегии развития искусственного интеллекта, и без крупных инвестиций Европа рискует оказаться зависимой от зарубежных технологий.
В одном из предупреждений он отметил: если Европа не вложит значительные средства в создание собственных моделей ИИ, она может в итоге использовать китайские системы.
Проблема, по его мнению, носит структурный характер. Среди факторов:
Все это затрудняет мобилизацию инвестиций масштаба, необходимого для создания передовых систем ИИ.
Новая идея Шмидта о «финансовом узком месте» не отменяет его прежних предупреждений об энергии — она их объясняет.
Электричество остаётся фундаментальным ограничением: масштабные системы искусственного интеллекта требуют огромных объёмов энергии.
Но чтобы решить эту проблему, нужно строить новые электростанции, гигантские дата‑центры и энергетические сети. А это требует триллионных инвестиций.
Поэтому, согласно логике Шмидта, исход глобальной гонки ИИ будет зависеть не только от алгоритмов или чипов. Решающее значение может иметь способность стран и компаний быстрее других профинансировать и построить колоссальную физическую инфраструктуру для ИИ.
Если эти оценки окажутся точными, развитие искусственного интеллекта может напоминать исторические инфраструктурные гонки — строительство железных дорог, телекоммуникационных сетей или космическую программу.
Успех будет зависеть от способности координировать сразу несколько систем:
В такой картине будущего главным фактором может стать не только технологический прорыв, а кто быстрее сможет профинансировать и построить индустриальную основу для следующего поколения ИИ.
Comments
0 comments