Ормузский пролив открыт не полностью — он превратился в контролируемый коридор

Система разрешений на проход

Вместо полноценного открытия пролива Иран фактически ввёл режим согласования транзита.

По сообщениям, Тегеран создал специальное ведомство, которое проверяет суда, желающие пройти через пролив, и может взимать с них сборы, формализуя контроль над этим маршрутом.

Иран также сообщил международным организациям, что «не враждебные» суда могут проходить через пролив, если они заранее получают разрешение и не участвуют в действиях против Ирана.

В результате Ормузский пролив функционирует скорее как контролируемые «ворота», где доступ определяется не только морским правом, но и политическими условиями безопасности.

Трафик остаётся намного ниже обычного

Даже с отдельными проходами судов общий поток остаётся резко сниженным.

До конфликта через пролив ежедневно проходило примерно от 125 до 140 судов. Во время кризиса количество транзитов сократилось до нескольких судов в сутки — примерно до 10% от обычного уровня.

Например, в конце апреля данные отслеживания судов показали, что за сутки пролив пересекли всего около шести судов.

В середине мая наблюдалось некоторое оживление — около 55 товарных судов за неделю. Но даже это всё ещё значительно ниже нормального объёма и говорит скорее о постепенном тестировании маршрута, чем о полном восстановлении судоходства.

Азиатские импортёры осторожно возвращаются

Особое внимание аналитиков привлекают рейсы танкеров, связанных с крупными азиатскими покупателями нефти.

По данным отслеживания судов, китайский супертанкер с почти двумя миллионами баррелей иракской нефти попытался пройти через пролив в мае. Этот случай показал, что крупнейшие потребители энергии начинают осторожно возобновлять поставки.

Экономики Восточной Азии — прежде всего Китай, Япония и Южная Корея — сильно зависят от нефти из стран Персидского залива. В начале кризиса, например, несколько южнокорейских танкеров оказались фактически заблокированы возле пролива.

Такие эпизоды показывают, что речь идёт не о полном восстановлении глобального судоходства, а о выборочном допуске отдельных судов.

Давление США и военно-морская блокада

Соединённые Штаты параллельно пытаются добиться открытия пролива военными и дипломатическими средствами.

После провала переговоров Вашингтон объявил военно-морскую блокаду, направленную против иранского судоходства, и поручил ВМС США перехватывать суда, связанные с ограничениями транзита, введёнными Тегераном.

При этом американская администрация продолжает переговоры. Президент США Дональд Трамп заявил, что переговоры с Ираном находятся на «финальной стадии», хотя одновременно предупредил о возможности новых военных действий, если соглашение не будет достигнуто.

Региональные инициативы по снижению напряжённости

Дипломатические усилия идут не только между Вашингтоном и Тегераном. Государства Персидского залива также ищут способы предотвратить новые кризисы вокруг пролива.

Саудовская Аравия, по сообщениям дипломатов, предложила идею регионального пакта о ненападении между Ираном и странами Ближнего Востока. Модель частично вдохновлена Хельсинкским процессом времён холодной войны, который помог снизить напряжённость между соперничающими блоками в Европе.

Пролив как инструмент давления

Все эти факторы показывают: Ормузский пролив пока не вернулся к нормальной работе.

Скорее он превратился в геополитический инструмент. Иран допускает ограниченное движение судов, демонстрируя, что способен регулировать одну из важнейших мировых энергетических артерий, но сохраняет достаточную неопределённость, чтобы использовать ситуацию как рычаг в переговорах.

Пока не будет достигнуто более широкое политическое соглашение, движение танкеров через Ормузский пролив, вероятно, останется выборочным, тщательно контролируемым и крайне чувствительным к изменению баланса между военным давлением и дипломатией.